Сегодня: г.


Николай Сванидзе: я действующий журналист и историк

Николай Сванидзе: я действующий журналист и историк

Обласканные властью современные российские историки ведут не на жизнь, а на смерть войну с теми, кто пытается хоть сколько-то критически осмыслить то, что происходило с Русью, Россией, Советским Союзом за последние 1000 лет.

Все, кто хоть немного в своих рассуждениях отклоняются от линии, утвержденной на самом высоком уровне власти для недавно запущенного учебника истории для средних школ, жестоко критикуются и отлучаются от общения с широкой аудиторией. На страницах этого коллективного труда события, происходившие на нашей земле, выхолощены с еще большим пристрастием, чем это делал идеологический отдел КПСС во времена СССР. Чего хотеть: тогда в политбюро не попадали случайные люди, все они многократно преодолевали сито профессионализма, компетентности, знания реальной жизни.

Под каток пропаганды попадают и наивные молодые люди, не зашоренным взглядом, первый раз всматривающиеся в наше прошлое и, естественно, задающие много вопросов, и профессиональные ученые, которые привыкли каждую свою реплику подтверждать серьезными архивными изысканиями. К последней категории относится Николай Сванидзе, который получил классическое образование на историческом факультете МГУ еще в то самое советское время и, подталкиваемый жизнью своих предков, своей семьи, привык различать провозглашаемые лозунги и реальность.

«Царь Пётр любил порядок, почти как царь Иван»

Ничего необыкновенно в семье Николая Сванидзе в лихое довоенное время не произошло. Его дед, имя которого он унаследовал, был уничтожен в 1937 году. По словам Николая Сванидзе, он не кричал перед смертью: «Да здравствует Сталин!», а вовсе был забит на допросе. Причина банальна: он был ответственным партийным работником в Закавказье. Когда туда был назначен Лаврентий Берия, начались преследования, трагически закончившиеся со смертью Орджоникидзе.

Возможно, первопричиной всего было дальнее родство деда с первой женой Иосифа Сталина. По некоторым свидетельствам, молодой Джугашвили очень любил свою Като. Во время похорон (она умерла спустя год после свадьбы от туберкулеза или брюшного тифа по разным источникам) у будущего тирана помутился рассудок, он спрыгнул в вырытую могилу. Извлечь его соратникам стоило большого труда.

В этом смысле интересна параллель, которая напрашивается между Отцом народов и Иваном Грозным, который как известно, был страстно влюблен в свою первую жену Анастасию Захарьину-Юрьеву. Только ей удавалось утихомиривать буйный нрав молодого царя. Когда царь лишился свой ненаглядной, он стал относиться и к своим последующим женам, и к народу, как к расходному материалу, не испытывая к ним ни капли сочувствия.

Но это было небольшое отступление. Николай Сванидзе, историк с глубоким знанием английского языка (учился в специализированной московской школе) с 1977 по 1990 год работал в институте США и Канады академии наук, в том числе и под руководством академика Арбатова, а затем в начале 90-х читал лекции по истории стран Западной Европы.

«У меня есть палка, я вам всем отец!»

Рождение новой России для Сванидзе, прежде всего, связано с началом его вхождения в телевизионную журналистику. Поворотным в карьере и судьбе стало участие в работе резервной студии «Останкино», в регулярных выходах в эфир программы «Вести» вместе со Светланой Сорокиной, Сергеем Торчинским, Виктором Виноградовым в ту памятную ночь с 3 на 4 октября 1993 года, когда были отключены от эфира другие СМИ.

Ценой этого риска стала свалившаяся на Сванидзе популярность. Он вместе с Сергеем Доренко до апреля 1996 года вел информационно-аналитическую программу «Подробности», после чего появляется уже его собственная передача «Зеркало».

Но его, как профессионального историка, значительно больше интересует научный подход к происходящему в стране, к тому, что к этому привело, и то, что позволило бы никогда не вернуться к мрачному тоталитарному прошлому. «Суд времени» (эта была особенно захватывающей: соведущими Сванидзе являлись Леонид Млечин и Сергей Кургинян, которым приходилось, в зависимости от темы, выступать то адвокатами, то обвинителями), а затем «Исторический процесс», выходившие в 2010-2012 годах стали местом столкновения разных мнений на знаковые события мировой истории. Кроме известных российских персонажей суду времени были подвергнуты Гай Юлий Цезарь и Бен Ладан, Саддам Хусейн, особый путь развития Китая.

Именно с тех пор, а уже почти 15 лет прошло, Николая Сванидзе люто ненавидят сталинисты (в широком смысле слова), имперцы, монархисты всех мастей. Они видят в нем того, чьи взгляды не оставляют шанса любому доминированию, преобладанию идеологии над истиной, сокрытию не вписывающихся в «политику партии и правительства» фактов и логических выводов.

«Скорее дать свободу, Скорей свободу дать»

Николая Сванидзе один из немногих журналистов, плодотворно работавших в начале 90-х и сумевших сохранить сносные отношения с нынешней российской властью. Он до 2014 года входил в Общественную палату РФ, активно работал в комиссии по противодействию попыткам фальсификации истории, не перестает участвовать в Совете по развитию гражданского общества и правам человека при Президенте России. Он ухитряется сохранить свое лицо и утверждает: «Я уйдуиз профессии в том случае, еслимне заткнут рот».

При этом он, сохранив официальный статус политического обозревателя на ВГТРК, но практически не появляясь в эфире, открыто заявляет, что он часто стыдится того, что происходит в его стране. Его «с какого бодуна в Донецке «наши» с кем-то воюют» или проводимые параллели присоединения Крыма с умозрительной ситуацией, когда политики вдруг станут приглашать жителей российского Поволжья провести референдум за присоединение к богатой Швейцарии, граничат со многими статьями УК.

Он считает, что непозволительно выдергивать из общей канвы истории отдельные факты, которые помогают сегодня мотивировать любое волюнтаристское решение действующей власти. Когда человек на протяжении своей жизни сталкивается с несколькими интерпретациями одного и того же факта, когда ему непонятно, что рассказывают о том, что он видел собственными глазами, он либо становится приспособленцем, не имеющим самостоятельного мышления и желания активно действовать, либо, что еще хуже, – бесконечным циником, не желающим воспринимать что-либо всерьез.

«Земля была обильна, порядка ж нет как нет»

У Николая Сванидзе собственный взгляд на то, почему Россия стала такой какая она есть. Он считает, что есть некоторые «эпохальные» решения правителей, которые определили путь страны на многие последующие годы. Чтобы от их наследия избавиться, надо сначала осознать их влияние, а потом найти пути преодоления их влияния.

Так, Александр Невский своим побоищем на Чудском озере решил, что Русь следующие века пойдет в будущее не с Европой, а рука об руку с монгольскими ханами. А он мог попросить помощи у рыцарской Европы и много лет биться с чуждой восточной цивилизацией, не позволить чужой крови приникнуть в русский генофонд, не принять стиль правления восточных империй.

Иван Грозный, завершивший освобождение Родины от дани татарам, почему-то не пошел добивать крымского хана, а обратился на Германию, что в результате нарушило поступательное развитие русской цивилизации и привело к смутному времени. В итоге он продемонстрировал к тому времени уже объединенной Европе, что он ей не друг, а враг, что закрепилось на много поколений.

Петр Первый, Екатерина Великая понимали, что Россия – это исключительно европейская страна. Но ни тому ни другому не удалось избавиться от представления о том, что русский народ не готов к настоящей свободе. Страна активно заимствовала западные технологии, в высшем сословии внедрялся европейский образ жизни, но простых людей все это не касалось. Поместное дворянство, считающее все это пустой прихотью монарха, породило в стране жуткое мздоимство, коррупцию. Екатерина вначале пути пыталась либерализировать русский быт, но устала и махнула на это рукой.

Расцвета самодержавие в России достигло при Николае I. Его жестокость, мелочность, злопамятность уничтожили в русских дворянах остатки родовой чести. Её последний бастион пал, когда, увы, неназванный русский офицер при попытке будущего императора схватить его за воротник с достоинством ответил: «»Ваше императорское высочество, у меня шпага в руке». Именно тогда родился дико звучащий сейчас, но поднятый на щит лозунг: «Православие. Самодержавие. Народность». Граф Сергей Уваров сказал еще тогда: «Народность наша есть беспредельная преданность и повиновение самодержавию». А мы и сейчас этим пытаемся гордиться.

Следующая «скрепа», восславленная председателем Конституционного суда России – крепостничество. Тогда, когда Европа семимильными шагами двигалась по пути прогресса и свободы, в России считали, что «оно установлено твердо и нерушимо. Отменить его невозможно, да и ни к чему». Это было вызвано диким страхом царизма после Великой французской революции (ничего не напоминает в современности?). Именно затянувшаяся несвобода крестьян позволила большевикам в новых декорациях повторить в точности русскую имперскую систему. Это же действо разворачивается на российских просторах и сейчас.

О фатальном воздействии втягивания Николая II в Первую мировую войну и о катастрофических последствиях пакта Молотова-Риббентропа сказано уже достаточно.

Кстати, в качестве подзаголовков в статье использованы цитаты из стихотворения графа Алексея Константиновича Толстого «История Государства Российского от Гостомысла до Тимашева».

Источник

 
Статья прочитана 24 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

 

Здесь вы можете написать отзыв

* Текст комментария
* Обязательные для заполнения поля

Последние Твитты

Loading

Архивы

Наши партнеры

Читать нас

Связаться с нами

info@glopages.ru