Сегодня: г.


Каким будет французский выбор?

Террористические акты в Париже больно ударили по всему французскому обществу, заставив серьёзно задуматься о будущем своей страны, даже самые инертные слои общества.

На мой взгляд, французы пережили своеобразный «Сталинград», в результате которого произошла коренная ломка самосознания всего французского общества – всё ясно и чётко ощутили, что их страна идёт ошибочным политическим курсом, который нужно менять самым радикальным образом.

В предчувствии такой смены, первыми взвыли французские (да и все западные) либерасты, понимающие, что такой поворот дел больно ударит в первую очередь по их «ценностям». Именно страхом перед возможными переменами вызвана истерика обозревателя Гидеона Рахмана в The Financial Times: «Мне чудится в кошмарных снах, что в 2017 году президентами будут Трамп, Ле Пен и Путин».

И страхи обозревателя имеют под собой серьёзные основания – на Западе сильно встревожены за «здоровье» либеральной демократии из-за того, что Дональд Трамп и Марин Ле Пен имеют высокие рейтинги среди кандидатов в президенты США и Франции соответственно. К тому же, такая «правая» тенденция наблюдается во всём мире: ультранационалисты уже пришли к власти в Венгрии и Польше; националистические партии набирают силу в Шотландии и Каталонии…

На Западе происходит утрата доверия к традиционным политическим элитам и поиск радикальных альтернатив, вызванных ростом экономической неуверенности, сопротивлением иммиграции, страхом перед терроризмом и упадком традиционных СМИ.

Поэтому неудивительно, что французская Le Monde, рассуждая о будущем Франции, пишет на своих страницах, что пока «наша страна не станет считать сирийский режим своим союзником, с которым она сотрудничает на принципах прозрачности и доверия как в вопросе обмена разведданными, так и в оперативном плане, военная победа над ИГИЛ невозможна».

Помимо этого, Франсуа Олланд, связан своим внешнеполитическим курсом, несовместимым с российско-сирийским альянсом: с одной стороны, ему мешают связи с Турцией, чьи главные враги – шииты и курды, а не ИГИЛ, с которыми она ведёт торговлю нефтью, с другой – слишком тесные связи с нефтяными монархиями Персидского залива, тайно поддерживающими суннитский экстремизм. Такая тупиковая ситуация за последние дни усугубилась угрозой установления полного контроля ИГ над Ливией, что, по всей видимости, вполне устраивает Турцию.

Французский политик Николя Дюпон-Эньян так говорит по этому поводу:«Настороженное отношение к необходимым союзникам вкупе с серьёзным противодействием со стороны турецких, европейских, Саудовских и катарских партнёров неизбежно приведёт к провалу большой коалиции, которую пытается создать Франция. Не говоря уже об отсутствии желания отправлять наземные войска в Сирию у наших западных союзников, включая США».

Французский политик считает, что Россия – одна из немногих стран, решительно вставших на борьбу с джихадисткой угрозой:«Политический и военный союз с Сирией, Россией и их местными партнёрами напрашивается сам собой. Он должен стать первым камнем новой политики безопасности и обороны Франции. Но не единственным: мы должны также побудить европейцев к более активному участию в стабилизации в Африке и вернуть на путь истинный турецкого партнера как в вопросе мигрантов, которых не следует пускать в Европу, так и в вопросе Ливии, где Анкара должна воздержаться от дополнительной дестабилизации в пользу суннитских радикалов».

Именно поэтому Франции необходимо сделать выбор между войной с терроризмом и террором на своей земле. Если же Франсуа Олланд действительно желает серьёзно бороться с исламскими террористами, то искать надёжного партнёра в этом благородном деле ему необходимо не в Белом доме, а в Кремле…

Старший лейтенант

Источник: maxpark.com

 
Статья прочитана 2 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

 

Здесь вы можете написать отзыв

* Текст комментария
* Обязательные для заполнения поля

Последние Твитты

Loading

Архивы

Наши партнеры

Читать нас

Связаться с нами

info@glopages.ru