Сегодня: г.


«Как Путин управляет новостями»

Наталия Ростова, журналист и исследователь российского информационного пространства, в интервью The Huffington Post рассказывает об отношениях СМИ и государства в современной России и перспективах независимой журналистики

Спустя несколько дней после того, как президент России Владимир Путин отправил свои военно-воздушные силы в Сирию, чтобы поддержать авиаударами президента Башара Асада, на государственном телеканале «Россия 24» ведущая прогноза погоды появилась на фоне большого экрана с изображением российских военных самолетов.

Анализируя скорость ветра и формации облаков, она сообщила зрителям, что погода в Сирии в октябре идеальна для ударов российской авиации. «Как отмечают эксперты, время для нее [российской операции в Сирии], с точки зрения погоды, выбрано очень удачно», — сказала она.

Этот прогноз погоды, вышедший 5 октября, был лишь новым примером того, как российские власти используют СМИ, чтобы навязывать публике свои внешне- и внутриполитические решения. Эта тенденция особенно усилилась после начала крымского конфликта в прошлом году.

В ежегодном докладе Freedom House «Свобода прессы» о российской прессе сказано так:

«Оккупация Россией Крымского полуострова и ее участие в конфликте на востоке Украины в 2014 году способствовали увеличению количества пропагандистских материалов в российских СМИ и еще более жестким ограничениям на выражение взглядов, отличных от официальных. СМИ стали еще откровеннее использовать как инструменты в политических кампаниях Кремля — от поддержки государства с помощью тенденциозно отобранных новостей до активного участия в «информационной войне» с теми, кого считают противниками властей. Постоянные волнения, коррумпированные чиновники и преступность внутри России по-прежнему остаются источником опасности для журналистов, пишущих на эти темы, а остающиеся в стране независимые СМИ находятся под растущим давлением со стороны государства».

The WorldPost (совместный проект The Huffington Post и Berggruen Institute)поговорил о том, как Путин контролирует прессу, с Наталией Ростовой, приглашенным исследователем Высшей школы журналистики Университета Беркли, корреспондентом московского онлайн-издания Slon.ru и создателем Gorbymedia.com — исследовательского проекта о рождении российских СМИ в горбачевскую эру.

— Как СМИ России изображают российскую интервенцию в Сирии?

— В основном российские медиа показывают любые события с точки зрения Владимира Путина. У него неограниченный доступ к медиа, и они объясняют все, что происходит, согласно его официальным заявлениям. В сущности, неважно, что это — война в Сирии или какая-либо другая тема.

— Как президенту России удается контролировать медиа с таким успехом?

— В 2000 году Путин пришел к власти, и уже в 2001–2002 годах установил контроль над основными телеканалами — ОРТ (ныне Первый канал) и НТВ. Государственный канал РТР (ныне «Россия 1») уже был под его контролем.

В последующие годы под влияние Путина попадало все больше СМИ, и в конце концов он стал контролировать большинство основных медиа. Он назначает редакторов и генеральных директоров, официально или неофициально. К примеру, директор ВГТРК, крупнейшего государственного медиа-холдинга, которому принадлежат каналы «Россия 1», «Россия 2» и другие, назначается президентским указом. Что касается так называемых независимых медиа,которые не так велики и не принадлежат государству, часто существует соглашение между Кремлем, владельцем СМИ и главным редактором. Даже Алексей Венедиктов, главный редактор «Эха Москвы», которое иногда называют последней независимой радиостанцией, остающейся в России, хотя в реальности станция независимой не является, публично заявляет, что единственный, кто может его уволить, — это Путин.

Для редакторов и директоров устраивают так называемые еженедельные встречи с чиновниками из администрации президента, где говорят о предстоящих событиях, о том, что будет важно на следующей неделе, что администрация желает осветить.

К тому же СМИ зависят от государственного финансирования; рынок телерекламы также монополизирован.

— Существует ли в России запрос на более объективное освещение событий?

— Мы все — журналисты, государство и общество — оказались несостоятельны с точки зрения свободы прессы. Если вы спросите среднего россиянина, важна ли свобода прессы для него, он ответит «нет». В целом россияне не возражают против цензуры. И они согласны с идеей государственных СМИ.

— До тех пор, пока Михаил Горбачев не сделал советскую систему более открытой и не позволил телевидению и газетам критические выступления, медиа в России полностью находились под контролем государства. Объясняет ли эта история цензуры теперешнюю ситуацию?

— По моему мнению, это связано с тем фактом, что свобода была дана нам сверху. Именно поэтому люди ее не ценят. Мы не сражались за нее. Мы ее не требовали. Нам просто дали ее, а когда забирают назад — «ну и что тут такого?»

Журналисты также не смогли оправдать народное доверие. Это сложная история, но если излагать упрощенно, в начале 1990-х журналист воспринимался как Мессия, несущий правду. Некоторые журналисты даже были избраны депутатами. Но оказалось, что многие из них тенденциозны или коррумпированы. Во время информационных войн олигархов в ельцинские годы целые редакции продавали и покупали. Журналисты выступали на той или иной стороне во множестве политических событий. И очень многие увидели, что их легко купить.

— Могут ли социальные медиа сыграть роль в формировании критического подхода к государственной версии событий?

— На персональном уровне иногда могут, но это не тенденция. Это ни на что не влияет.

Количество читателей, получающих информацию из СМИ, критически настроенных по отношению к государству, — не более 5%, и лишь меньшинство узнает новости с критической окраской из социальных медиа.

— Вы, похоже, не очень оптимистично смотрите в будущее.

— Я думаю, это реалистический взгляд. Я изучаю СМИ с 2002 года и вижу, как шаг за шагом меняется пейзаж. Мне не хотелось верить в это каждый раз, когда они забирали себе еще один канал, каждый раз, когда еще одно СМИ теряло лицо. Но я была свидетельницей всего этого.

К примеру, российская версия журнала Forbes, издаваемая германской компанией Axel Schpringer, — одно из лучших независимых изданий. Журнал был основан в 2004 году Полом Хлебниковым, американцем российского происхождения; он был первым главным редактором. Через несколько месяцев после запуска журнала Хлебникова убили; преступление до сих пор не раскрыто полностью. Forbes оставался великолепным изданием и после гибели Хлебникова. Однако теперь его купил российский владелец. Через несколько дней он в интервью заявил, что читатели журнала не интересуются информацией о должностных лицах, управляющих государственными компаниями. К чему приведет эта ситуация? Скорее всего, честные журналисты будут вынуждены уволиться. Я глубоко соболезную коллегам. Но они не первые и не последние.

Та же судьба ожидает лучшую качественную газету России — «Ведомости», — издаваемую совместно с The Wall Street Journal и Financial Times. Россия — единственное место, где эти два конкурента вместе выпускают общий продукт. Но скоро они лишатся такой возможности. Это значит, что мы снова потеряем некоторые из еще остающихся свободных СМИ.

Элин Гордтс

Источник: openrussia.org

 
Статья прочитана 23 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

 

Здесь вы можете написать отзыв

* Текст комментария
* Обязательные для заполнения поля

Последние Твитты

Loading

Архивы

Наши партнеры

Читать нас

Связаться с нами

info@glopages.ru